gal_ka | Еще одна байка из спортивной жизни.

Без морали.
Дело было на соревнованиях по фигурному катанию, то ли чемпионат мира, то ли этап Гран-при, скорее второе. Было это в Японии, что важно. Женское одиночное катания, не самая сильная группа, совсем не сильная, прямо скажем. Катается фигуристка из Узбекистана, имя и фамилия абсолютно русские, ну это как раз понятная история, в сборную России не пробиться, а выступать хочется, так чем Узбекистан плох? Так или иначе, выходит на лед узбекская фигуристка, начинает произвольную программу. Падает на одном из первых прыжков. Дело житейское, с кем не бывает, Саша Коэн в каждой произвольной умудряется хоть по разу да шлепнуться, и ничего, медали получает. Девушка, однако, срывает и следующий прыжок. Это уже настораживает, но тоже не криминал. Криминал начался дальше. Бог весть, что было причиной, что следствием, может чувствовала она себя плохо в тот день, может еще что, но фигуристка натурально «посыпалась». То есть, я такого не видела ни до, ни после. Она срывала все прыжки подряд. Она падала на ровном месте. Она не могла толком сделать ни одного элемента сложнее «перекидного». «Не день Бекхема» в сравнении с этим – сплошные улыбки судьбы. Нормальная реакция человека в такой ситуации – быстро извиниться и убежать. Однако…Ты вышел на лед и пять с половиной минут, пока звучит музыка, ты не можешь уйти. То есть можешь, конечно, но это большой жирный черный крест не только на спортивной карьере, но и на самооценке и на собственном представлении о себе. Ты должен докататься. Физическая травма еще может освободить тебя, но не моральная. То, как она каталась – позор, но еще большим позором было бы уйти. И вот тут началось то, ради чего, собственно, я и пытаюсь рассказать эту историю. Зрители, японские зрители, глядя на узбекскую фигуристку, путавшуюся в фигурах, которые с полпинка делают ученики на втором году занятий, начали аплодировать. Аплодировать в такт музыке. Такого я тоже не видела ни до, ни после. Хлопали, когда фигурист заводил зал удачным исполнением, хлопали своим независимо ни от чего, хлопали общим любимцам, но чтобы поддерживать чужого спортсмена, откровенно заваливающего выступление…
Преимущество невербальных коммуникаций в том, что перевода с японского на узбекский или русский не потребовалось. «Держи лицо, это единственное, что ты сейчас можешь сделать – сохранить лицо, доведя программу до конца, и это единственное, в чем мы тебе можем помочь, и мы тебе помогаем, слышишь? Держись!» Она поняла. Она перестала падать на каждом шагу и докаталась вполне пристойно, кажется, даже прыгнула сколько-то там оборотов. А других чудес никто и не обещал.